Облака славы. Жизнь и легенда Роберта Э. Ли - Майкл Корда

болезнь заразительна - Джексон и многие другие генералы Конфедерации следовали примеру Ли, и неизбежно некоторые из них полагали, что даже если они совершат ошибку, их войска вытащат их из нее. Чаще всего войска так и поступали, но даже самые храбрые войска не всегда могут преодолеть серьезную ошибку своего генерала. Здравый смысл Лонгстрита в том, что войска Конфедерации могут и не могут сделать, обычно служил тормозом для рискованных планов Ли, хотя в данном случае, как и при Геттисберге, он не смог убедить Ли.

Они достигли Хейгерстауна 11 сентября, проехав через Тернерс-Гэп в Южной Горе, где Ли показал своим войскам пример того, как они должны вести себя на вражеской территории, подняв шляпу в знак приветствия перед женщиной, которая пела "Звездно-полосатое знамя", "когда он проезжал через город". *.

Несмотря на учтивый жест Ли, добрые жители Хейгерстауна так же, как и жители Фредерика, не желали снабжать армию Конфедерации (или принимать конфедеративные доллары за свои товары). От Джексона не было никаких известий о том, что Харперс-Ферри пал; более того, Ли получил от Стюарта нежелательную новость о том, что его кавалерийские разведчики сообщили о наступлении на Фредерик федеральных войск, численность которых, возможно, достигает 90 000 человек. Это было последнее, чего ожидал Ли - он был уверен, что Макклеллан будет действовать медленно и осторожно, но вместо этого тот двигался стремительно, более того, он шел по пятам армии Ли, не более чем в десяти милях от Тернерс-Гэп, которую слабо удерживали дивизия Д.Х. Хилла и кавалерия Стюарта. Решение Ли разделить свою армию теперь стало создавать опасную проблему. Если Макклеллан достигнет Крэмптонс-Гэп, расположенной всего в нескольких милях к югу от Тернерс-Гэп, он сможет лишить три колонны Джексона, сходившиеся к Харперс-Ферри, возможности соединиться с остальной частью армии Ли.

За одну ночь положение Ли изменилось: из генерала, наступающего на Пенсильванию с новой линией коммуникаций через Мартинсбург и Харперс-Ферри, он превратился в генерала с врагом за спиной и без всякой линии коммуникаций. Вместо того чтобы продвигаться в Пенсильванию, Ли теперь столкнулся с тем, что ему, возможно, придется разворачивать свою разрозненную армию и возвращаться назад.

В этот кризисный момент между Ли и Лонгстритом возникли серьезные разногласия. Призванный в палатку Ли ночью 13 сентября, Лонгстрит "застал его над картой". Ли вкратце объяснил ситуацию и спросил мнение Лонгстрита. Лонгстрит предложил объединить свои силы с силами Д. Х. Хилла и занять позицию за ручьем Антиетам у Шарпсбурга, где можно было бы сосредоточить всю армию. Лонгстрит вспоминал в своих мемуарах, что Ли все еще страдал от "галлюцинации, что Макклеллан не способен на серьезную работу", и хотел, чтобы Лонгстрит выступил в поход на рассвете следующего утра, чтобы соединиться с Д. Х. Хиллом и защитить Тернерс-Гэп. Учитывая поздний час, Лонгстрит сомневался, что его люди будут готовы к маршу на рассвете, и считал, что к тому времени, когда они доберутся до Тернерс-Гэп, они будут слишком усталыми, чтобы защищать ее, даже если они доберутся туда вовремя. Ли вежливо отклонил этот совет и приказал Лонгстриту продолжать; но "ум Лонгстрита был настолько встревожен", что он не мог успокоиться, поэтому он поднялся, "сделал свет" и сел писать письмо Ли, снова призывая его сосредоточить армию у Шарпсбурга. Ли проигнорировал это письмо и не изменил своего плана.

Это было не просто расхождение во взглядах на тактику, как предполагал Лонгстрит, а гораздо более серьезный вопрос стратегии. Если бы Ли смог повернуть и разгромить противника у Тернерс-Гэп, он мог бы продолжить движение на северо-запад к Чемберсбургу, Карлайлу и Харрисбургу. Если же Ли соберет свою армию у Шарпсбурга, как того хотел Лонгстрит, ему придется двигаться на юг, практически к Потомаку, с возможностью того, что Макклеллан окружит его там или даже заставит переправиться через Потомак обратно в Виргинию - именно того, чего Ли больше всего хотел избежать. Последовав совету Лонгстрита, он положил бы конец вторжению на Север, а вместе с ним и угрозе одному или нескольким его крупным городам и позволил бы Конфедерации договориться о мире на приемлемых условиях. У Ли в голове было более масштабное и яркое видение, чем у Лонгстрита, и он верил, что находится на пороге его реализации.

Возможно, Ли и позволял себе мысленно представить длинные серые колонны, захватывающие Харрисбург и идущие на Балтимор или Вашингтон с развернутыми боевыми знаменами, но когда Лонгстрит взглянул на карту, он решил, что разумнее будет сосредоточить армию в Шарпсбурге и позволить Макклеллану атаковать ее там, на местности, выбранной самим Ли.

На что бы ни надеялся Ли, в этот момент половина его войск находилась в двадцати милях от него, у Харперс-Ферри, и Ли оставался "в мрачной неопределенности" относительно того, что с ними стало. Конечно, он также не мог предположить, что Макклеллан прочел его приказ от 9 сентября. "Туман войны" фон Клаузевица никогда не был гуще, чем "при свете дня" утром 14 сентября, когда Ли и Лонгстрит выехали - возможно, Ли впервые вернулся в седло на Тревеллере после несчастного случая * - в направлении Южной горы. Они не успели далеко отъехать, как получили "депешу" от Д. Х. Хилла о том, что ему срочно требуется подкрепление. Он удерживал Тернерс-Гэп с раннего утра против подавляющего числа федеральных войск - две бригады конфедератов против восьми федеральных. Лонгстрит поспешил отправить четыре своих малочисленных бригады на помощь Хиллу. Лонгстрит слишком уважал Ли, чтобы сказать ему что-то вроде "я же говорил", но спустя годы, когда он собрался писать свои мемуары, это, несомненно, было у него на уме. Что касается Ли, то ему сообщили, что Макклеллан получил копию приказа № 191 к десяти часам утра. Во время его обсуждения в штаб-квартире Макклеллана присутствовал сторонник Конфедерации. Наконец-то Ли понял, почему Макклеллан двигался с такой нехарактерной для него скоростью. В ответ на это Ли перебросил все бригады к Тернерс-Гэп, и с полудня до темноты там бушевало сражение, сдерживаемое лишь осторожностью союзного генерал-майора Бернсайда-Маклауза - что неудивительно, учитывая уверенность Макклеллана, что у Ли на дальней стороне Южной горы не менее 120 000 человек.

Битва за Южную гору обошлась обеим сторонам почти в 2000 человек, и к концу дня Ли стало ясно, что утром атака союзников возобновится; что он не сможет удержать Тернерс-Гэп или любую другую брешь в Южной горе; и что он также рискует потерять дивизию генерал-майора Лафайета Маклауза, которая удерживала Мэриленд-Хайтс на северном берегу Потомака в составе сил Джексона, осаждавших Харперс-Ферри. Теперь Ли